Карьера

Если хочешь найти работу, которая предполагает контакты с людьми, то одно из основных требований к тебе работодателя – привлекательный внешний вид. Проведенные в торговле исследования показывают, что в магазинах, где работают красивые продавщицы, да еще в мини-юбках, покупателей гораздо больше – даже если эти магазины посещают в основном женщины. Законы рынка универсальны: не подлежит сомнению, что основная цель у всех здесь одна – извлечение максимальной прибыли. Не знаю, как обстоят дела сегодня в Москве, но полагаю, что там действуют такие же правила, как в Риме или Нью-Йорке.

А что делать, если стремишься найти работу, предполагающую постоянное общение с людьми, но красавцем или красавицей тебя не назовешь, ты не обладаешь стройной фигурой, и нет в тебе того легкого сексуального налета, какой предписан англосаксонским каноном красоты? Как быть, если у тебя черный цвет кожи, или – что характерно прежде всего для Соединенных Штатов – внешность у тебя «латиноамериканская»?

В этом случае ты можешь обратиться за помощью к государству, которое создает специальные учреждения по надзору за соблюдением «равных возможностей». Эти организации следят за тем, чтобы, к примеру, девушка, обладающая всеми достоинствами, но не одаренная голливудской улыбкой, могла бы устроиться на работу продавщицей в крупный магазин. Но с устоявшимся представлением о том, как должен выглядеть работник сферы услуг, ничего не поделаешь. Например, хозяевам сети американских гостиниц Mondrian Hotel пришлось заплатить штраф в размере $1,8 млн за то, что они уволили чернокожих горничных и взяли на их место девушек с англосаксонской внешностью. Хозяева гостиничной империи в свое оправдание заявили, что их клиентам был не по вкусу «пестрый этнический состав прислуги». Другими словами, им претило присутствие негритянок.

Дело не только в пещерном расизме. Как поведала недавно одна американская газета, сославшись на Маршала Коэна, человека в мире моды авторитетного, «молодой мужчина в роли клиента охотнее зайдет в магазин, где работают красивые продавщицы, а молодые девушки – причем равно и красавицы и дурнушки – предпочитают, чтобы в магазине их обслуживали молодые привлекательные продавцы». То же самое касается и авиакомпаний, которые нанимают только длинноногих стюардесс, дабы ублажить клиентов. А что говорить об иллюстрированных журналах моды! Достаточно перелистать пару-тройку, чтобы заметить, что все практически фотомодели на одно лицо и отражают вкусы стран «золотого миллиарда». Доминируют блондинки и блондины, причем даже в итальянских модных журналах, несмотря на то что в Италии блондинов не так-то легко отыскать. А ведь не секрет, что на нашей планете людей с темным или желтым оттенком кожи гораздо больше.

Но не они определяют то, что обозначают английским словом trend! Знаете, почему? Ответ прост: потому что мировая система средств массовой информации контролируется из стран, населенных людьми с совсем иным цветом кожи. А в странах «золотого миллиарда», как и в тех, где пытаются всячески им подражать, люди любят смотреться в зеркало.

Этим и объясняется тот факт, что реклама повсеместно выстраивается по одним и тем же стандартам. Таково одно из проявлений глобализации. Товары должны быть стандартными, чтобы цена на них оставалась более-менее доступной и чтобы они легко расходились по всему свету. Столь же стандартными должны быть и вкусы, иначе товары не дойдут до массового потребителя. А вкусы диктует тот, кто господствует на мировом рынке. Возможно ли положить предел этому диктату? Если да, то кто способен это сделать? Скорее всего, сам рынок. Если, скажем, в Индии слишком часто показывать в рекламных роликах блондинок, индийские женщины просто возмутятся. А индийские мужчины придут в замешательство от того, насколько повседневная жизнь не соответствует телевизионной картинке. Отсюда депрессия. А депрессия – плохой стимул к приобретению товаров широкого потребления.

Вывод тем не менее очевиден: в сфере услуг глобального капитализма нет места для некрасивых и старых. По неписаным законам уютно там лишь привлекательным молодым людям англосаксонского типа. Если Бог не дал тебе привлекательной внешности, смирись. «Невидимая рука рынка», о которой писал еще Адам Смит, не знает сострадания.

В организациях наряду с порядком происхождения существует иерархия функций и важности задач. Администрация, например, имеет более высокий ранг, чем другие отделения, потому что ее задача — сохранение организации и обеспечение связей с внешним миром. Высший ранг администрации в организациях (то есть в системных единицах) подобен высшему рангу мужа по отношению к жене в семье. Например, администратор клиники находится наравне с ее шефом; он — его правая рука. Функции шефа и администрации создают базу для всех остальных функций организации. Врачи занимают второе место, хотя их работа кажется самым важным аспектом цели клиники, подобно жене, которая с точки зрения цели семьи кажется важнее, чем муж. Следующий уровень занимают медицинские сестры как самостоятельный коллектив; затем следуют все вспомогательные службы (работники кухни и т. д.) тоже как отдельные группы. Иными словами, внутри всех организаций существует иерархия групп, согласно выполняемым ими функциям.

Одновременно внутри каждой группы между ее членами наряду с иерархией по функциям существует иерархия по происхождению. Следовательно, тот врач, который вошел во врачебный коллектив раньше, занимает более высокое место в групповой иерархии, чем те, которые пришли после него. Эта иерархия формируется независимо от функций врача и базируется исключительно на его временной очередности принадлежности к группе.

Например, если в такой группе назначен новый главный врач, то есть врач, который до сих пор не являлся членом этого коллектива, с точки зрения порядка происхождения он занимает самый низший ранг в группе, хотя он и главврач. Значит, он должен управлять этим коллективом, как будто он последний по рангу. Это не представит для него никаких трудностей при условии, что он рассматривает свои функции как службу группе. Такое управление из последней позиции в иерархии особенно эффективно, если у начальника есть понятие о том, как это делается. Тот, кто управляет из последней позиции, добьется расположения к себе, если только будет соблюдать правило очередности. Иными словами, он должен возглавлять группу, но управлять так, как будто он находится на низшей позиции.

Иногда наблюдается очередность и между отделениями и коллективами внутри одной организации. Например, вновь созданное отделение в больнице занимает последний ранг по отношению к другим отделениям, если только это отделение не приобретает такую важность, когда другие старые коллективы становятся зависимыми от него. Такой начальник может уволить подчиненного, занимающего в группе высший ранг по хронологической очередности. Если начальник уволит его несправедливо, в коллективе обязательно возникнет атмосфера неуверенности, ведущая к распаду группы. Но если кто-то был уволен, потому что он просто наломал дров, то это нормально. А если подчиненный не исполнил своего долга или оказался некомпетентным, его можно понизить в должности, но его ранг в контексте порядка происхождения не снизится. Иначе говоря, здесь надо проводить различие между областью выполняемых функций и областью порядка происхождения.

Организация распадается, когда одна из ее групп, имеющая низший ранг, позволяет себе то, что находится в компетенции только коллектива высшего ранга, например, когда администрация старается управлять шефом организации, вместо того чтобы подчиняться ему. Или когда в рамках одного из подразделений подчиненный низшего ранга позволяет себе то, что подходит только сотруднику высшего. Конечно, во всех группах ведется борьба за более высокую или за высшую позицию. Все это нормально при условии, что усилия борющихся индивидуумов основаны на настоящей компетенции и реальных достижениях, которые совершаются на пользу группе, а также что все члены группы соблюдают и вторую систему ранговой очередности. Это подобно борьбе оленей за самок, которые остаются в стаде после того, как старый вожак ушел. То же самое наблюдается и в организациях. Берт Хеллингер не хотел объяснять это подробнее, так как по его словам: "Любой, взглянув на это, может и так все понять".